Житомирский бронекорупційний. Как работают теневые схемы в оборонке

16/3/2015 14:39
Житомирский бронекорупційний. Как работают теневые схемы в оборонке
Новости
0


Недавно экс-президент Грузии Михеил Саакашвили сказал, что Украина может потерпеть поражение в войне с Россией изнутри.
Прежде всего потому, что в оборонной промышленности сидят те же люди, которые десятилетиями ее грабили. На сегодня из директоров более 100 предприятий, входящих в ГК «Укроборонпром», нынешнему его руководству удалось изменить лишь 12. Остальные до сих пор на своих местах как через усложненную процедуру увольнения, так и из-за того, что некем заменить или процесс снятия блокируется. Расследование Недели показывает на примере крупного стратегического предприятия — Житомирского бронетанкового завода (ЖБТЗ), почему Украина, когда владелица одного из крупнейших в мире военных арсеналов, вынуждена сейчас в буквальном смысле выпрашивать оружие по всему миру.
Ситуация на ЖБТЗ и лицо его почти бессменного директора времена независимости Сергея Бутенко составляют пазл, как именно убивали украинскую оборонку. Приведенные ниже схемы являются абсолютно идентичными и, к сожалению, до сих пор актуальными для подавляющей части предприятий оборонного комплекса. Тем более они имеют очень высокую «крышу» в Министерстве обороны и Генеральном штабе, без прикрытия каких шансов на их реализацию не было бы.
ГЛАВНЫЙ ЗАВОД ПО БМП
Государственное предприятие «Житомирский бронетанковый завод» является одним из старейших в отрасли, основанное еще в 1943 году на базе соответствующего фронтового передвижного завода. Размещено в поселке Новогуйвинское возле Житомира и еще со времен СССР специализируется на ремонте советских боевых машин пехоты БМП-1 и БМП-2. Именно на капитальном ремонте для последующей продажи за границу — фактически так можно описать экономическую деятельность и ЖБТЗ, и любого другого украинского оборонного предприятия за последние 24 года.
В прошлом году завод получил больше всего оборонный заказ от государства. «Заказ наших предприятий распределяется на две большие группы, — рассказывает заместитель директора ГК «Укроборонпром» Сергей Пінькас. — Первая — новая и модернизированная техника, вторая — ремонт и восстановление техники. За этими категориями мы заключаем контракты с Министерством обороны». В 2014-м крупнейшим контрактом на ремонт техники была сделка как раз с Житомирским бронетанковым заводом о восстановлении 218 БМП на сумму свыше 200 млн грн.

ТЫСЯЧИ ЕДИНИЦ БОЕВОЙ ТЕХНИКИ, КОТОРЫЕ ПО ДОКУМЕНТАМ СЧИТАЛИСЬ БОЕСПОСОБНЫМИ, НА САМОМ ДЕЛЕ ОКАЗАЛИСЬ ЛОМОМ

«Это предприятие попало в наше поле зрения довольно быстро, в конце лета, — продолжает Сергей Пінькас. — Хотя работы на нем якобы велись, однако эффективность была очень низкая. БМП — довольно сложная техника. К примеру, если в машине не окажется стабилизатора для пушки, то вся она уже не будет дееспособной. И вот, проводя рабочие совещания, мы постоянно сталкивались с жалобами от директора завода Бутенко. Например, не хватает упомянутых стабилизаторов, 30 комплектов. Хорошо, до ноября напрягаемся, обеспечиваем, а он говорит: «Ой, а у нас еще 40 не хватает». А чтобы вы понимали логистику процесса, для поставки такого количества комплектующих потребуется около трех месяцев. Хорошо, еще раз подняли всех на уши, даже специально приняли на вооружение новый механизм, чтобы успеть. И вот в декабре Бутенко заявляет: «А у меня же еще 96 стволов не хватает». Тут мы уже не выдержали и отправили туда комиссию. Интересно, что первая же проверка установила: на военном заводе во время войны вообще нет своей службы безопасности, и объяснялось это якобы экономией средств. Обнаруживаем, что на предприятии лежит на самом деле 27 стволов с дефектами, которые, по оценке специалистов ГК «Артозброєння», можно исправить без проблем. Но буквально на следующий день приезжает грузовик, забирает их и вывозит в неизвестность».
Читайте также: Роман Романов: «За второе полугодие 2014-го мы поставили в войско больше оружия, чем за все годы существования Укроборонпрома»
По словам Пінькаса, дальше ситуация развивалась таким образом. Директор в ответ на вопрос, где стволы, заявил, что он в Киеве на заседании, поэтому понятия не имеет. А в конце декабря Бутенко поехал к Генеральному штабу и по согласованию с ним просто снял с себя обязательства по 98 боевых машин из 218, которые имел починить, отдав деньги. Не выполнив важнейший контракт на поставку боевой техники в войска, которого там так не хватает.
Впоследствии, в январе 2015 года, было открыто уголовное производство относительно его деятельности. Как только началось реальное расследование, на руководство Укроборонпрома, по его словам, стали давить несколько бывших народных депутатов от КПУ и действующих от Партии регионов, мол, не трогайте хорошего человека. Генеральная прокуратура начала спускать дело до областного, житомирского, уровня. Вся эта история дошла до того, что Бутенко подал заявление на увольнение и сразу лег в больницу, получил первую группу инвалидности, чтобы в случае худшего развития событий не сесть в тюрьму, а отделаться условным сроком.
БОЕВЫЕ МУЛЯЖИ
Самым неприятным открытием последнего времени для многих украинцев стало то, что тысячи единиц боевой техники, которые по документам считались боеспособными и числились таковыми на балансе Министерства обороны, на самом деле оказались металлоломом. На примере ЖБТЗ становится понятно почему.
«Все бронетанковые заводы получали в свое время от Министерства обороны бронетехнику на хранение, — утверждает общественный активист, житель села Новогуйвинское и бывший офицер Иван Ещенко. Причем эта техника была второй-четвертой категории, то есть такая, которую в случае необходимости нужно просто заправить соляркой и она минимум будет двигаться своим ходом. Тем более что завод до 2004 года вообще был воинской частью, как и большинство военных предприятий, а Бутенко имел чин полковника. То есть МО именно в начале сохраняло технику».
Кроме того, ЖБТЗ получил колоссальное количество БМП из числа контингентов Советской армии в Германии и стран Восточной Европы. Чтобы понять масштабы, отметим, что в течение 1990-х на заводе около 900 БМП было просто разобрано на металлолом в рамках выполнения соглашения о сокращении обычных вооружений в Европе. При этом необозримые ряды техники и дальше стоят под открытым небом возле леса за цехами. Построить хоть какое-то укрытие никто так и не удосужился за четверть века.
Схема хищения техники проста до примитивности. Конечно, никто не продавал все машины — по бумагам они все или почти все на месте. Зато делали так. Центральное бронетанковое управление Вооруженных сил Украины передавало завода на хранение боевую технику. Но в дальнейшем директора, и в частности Бутенко, уничтожали формуляры на технику, ремонтные дела и акты приема-передачи, что помогало потом скрывать манипуляции с машинами и что впоследствии, в свою очередь, давало возможность прокручивать следующую нехитрую комбинацию.
Читайте также: Невидимый фронт Мариуполя
«С боевой машины снимали все более-менее ценные запчасти: приборы ночного видения, прицелы, гироскопы и т.д., — пояснил Неделе один из инженеров предприятия на условиях анонимности. — А потом либо продавали за границу, если поступал заказ на так называемый КЗД (комплекс запасных деталей), или, еще хуже, детали снимали и забирали себе, чтобы потом продать самому заводу через ряд своих фирм. А на их место ставили неисправные, окрашенные под новые. Новый узел стоит, к примеру, 30 тыс. грн, а такой самый, который сняли с БМП, что находилась на хранении, не будет стоить ничего.
И если этот снятый узел через свою фирму продать завода и по документам провести как новый, то получаем схему, по которой завод существовал эти годы. А в 2014-м возникла такая ситуация: жадность Бутенко заставила его взять заказ, который он не мог потянуть, потому что с большинства машин те же стабилизаторы давно сняты и взять их было уже неоткуда, даже в собственных фирм-«прокладок». Все, что можно было, он все равно купил у самого себя, а сдачу, которую не под силу выполнить, просто снял с себя благодаря своим патронам из МО и ГШ. При этом деньги прокручены, доходы, полученные. И почти невозможно доказать хищение деталей, ведь формуляры уничтожены». И не подкопаешься: машина же есть, а что там внутри — это уже проблема не завода, а Министерства обороны, которому она принадлежит. Может, такой и пришла, никто уже не проверит после приобретения заводом статуса отдельного предприятия. В результате вместо боевых машин — боевые муляжи. Военные эксперты утверждают, что эта схема типична для всех украинских заводов, особенно авиационных.
Расследование Недели выявило, что все это происходило через некую фирму «УкрВагонРемТранс», созданную ровно за месяц до того, как был заключен контракт с МО о ремонте БМП. Цинизма ситуации добавляет то, что запчасти упомянутая фирма покупала у частного предпринимателя Бутенко.
«Если честно, то мы здесь, в Укроборонпроме, надуваем щеки, но часто имеем очень мало рычагов влияния на директоров предприятий, — говорит Сергей Пінькас. — Например, если я, директор завода, решаю заказать что-то у какого поставщика, а из концерна говорят: нет, не надо, то у меня есть полное право послать их на три буквы, ведь я руковожу независимым предприятием, имею юридическую и экономическую ответственность. И взять меня за грудки можно только через большое невыполнение заказа, как это и произошло с Бутенко. Сколько платежей мы пытались за тот год остановить по «УкрВагонРемТрансу» — и не вспомнишь. И все равно Бутенко успел прокрутить 24 млн грн через него, потом пошли «на обнал». А какие колоссальные препятствия чинили проверяющим на заводе: не предоставляли документов, ставили под сомнение право концерна вмешиваться в хозяйственную деятельность предприятия, прячась по решению профкома, и т.д. А еще прекраснее то, что в связке с Бутенко действовала и военная «приемка», которая в теории должна была следить за каждым шагом в ремонте, а в реальности подписывала документы на липовую новую технику».
По словам Ивана Ещенко, а также источников в МО, указана схема имела высоких покровителей в Центральном бронетанковом управлении Вооруженных сил и Генеральном штабе.
«СЕМЕЙНЫЙ ПОДРЯД»
Нельзя не сказать несколько слов и о личности Сергея Бутенко, без чего картина не будет полной. Он плоть от плоти украинской оборонной системы. Попал на завод под развал СССР, впоследствии стал главным инженером. в 1993-м назначен директором. Поговаривают, свою роль в назначении сыграл и тот факт, что его тогдашняя теща была главным бухгалтером предприятия, хотя патроном господина Бутенко выступил в то время заместитель министра обороны Иван Олейник.
«Бутенко был членом Партии регионов, членом облсовета от ПР и доверенным лицом Януковича на выборах 2010 года, — рассказывает новогуйвинський поселковый голова Валерий Гарбуз. — Более того, Сергей Григорьевич был председателем регионального отделения Фірташевої Федерации работодателей Украины, чем очень гордился. Он всегда стремился подмять все под себя — постоянно приходилось с ним воевать. Пытался меня отстранить от власти, у него до последнего времени была здесь свое большинство в сельсовете, через которую пытался протащить нужные ему решения, в частности о выделении земли. Я только и успевал, что вето накладывать. Так, в 2013 году он пытался заставить сельсовет отдать землю местного стадиона под застройку его другу, председателю Федерации работодателей Украины в городе Житомире».
Схема, которую Бутенко выстроил на ЖБТЗ и которую пытался применить и во всем населенном пункте, является примером украинского «семейного подряда», когда предприятие со всех сторон обсаджується родственниками, знакомыми, близкими директора, которые нещадно доят его со всех возможных направлений. Можно не сомневаться, что такие схемы действуют и дальше на большинстве украинских оборонных заводов.
Читайте также: молодые офицеры радикально изменят Вооруженные силы Украины
Все документы на заводе в последнее время подписывал заместитель Бутенко — такой себе Лагута. «Его жена является лучшей подругой женщины Бутенко, — рассказывает Ещенко. — Сюрреализма добавляет факт, что жена Лагуты успела отсидеть в тюрьме за мошенничество. Сам Лагута пытался запугивать комиссию Укроборонпрома и руководство концерна. Сейчас он написал заявление на увольнение, полежал в больнице и спокойно живет в огромном доме в соседнем селе. При этом за ним до сих пор числится почти 60 м2 в заводском общежитии. Женщина Бутенко — директор заводского отеля «Танкист». Ее брат — работник отдела снабжения, дядя — начальник отдела кадров. Муж лучшей подруги жены был заместителем Бутенко по снабжению. Сестра Бутенко возглавляла отдел секретного делопроизводства, ее муж — начальник склада кислорода. Брат последнего управляет газовым хозяйством. Троюродный брат сестры Бутенко — начальник энерго-механического отдела. Швагер — главный энергетик».
За более 20 лет своего руководства Сергей Бутенко успел прокрутить немало схем и приватизировать практически все побочное имущество завода. «К примеру, получил еще в советские времена от МО трехкомнатную квартиру, — рассказывает Ещенко, — которую переписал на дочку и потом начал требовать от министерства новое жилье. В конце концов, с согласия МО за счет средств завода был куплен дом в Житомире, который оформлен как «квартира в одноквартирном доме» и в дальнейшем приватизирован. На территории ЖБТЗ велись все возможные виды бизнес-активности: в разные годы действовали цех по обработке камня и гранита, работал некоторое время вообще без регистрации, пекарня в помещении стадиона, цех по переработки рыбы, оборудование для которого было закуплено также за счет завода, заправка «Танкист» на винницкой трассе и т.д. В начале 2000-х Бутенко получил контроль над 7 га земли, где находилась база житомирского военторга, что была рядом с территорией завода. На этом участке он инициировал возведение дома отдыха для работников завода под названием «Дом рыбака», который затем также приватизировал и обнес все огромным забором. Наконец, были выведены из собственности предприятия и переписаны на родственников и жену заводской магазин в центре поселка и бильярдная».
Понятно, что такие манипуляции столько лет безнаказано можно проводить только имея надежную «крышу» сверху. Поговаривают, что еще во второй половине 1990-х в Бутенка установились близкие отношения с руководством 8-го армейского корпуса с центром в Житомире. Интересно, что сейчас в Генштабе ведущие должности занимают выходцы из указанного воинского формирования. В частности, начальник Генштаба — генерал-полковник Виктор Муженко, который является уроженцем этого города, сделал здесь карьеру, был членом и депутатом облсовета от ПР, из которой вышел только в конце февраля 2014-го. Также экс-руководителем корпуса является нынешний командующий Сухопутных войск генерал-майор Анатолий Пушняков. Сейчас его возглавляет родной брат политика Владимира Литвина генерал-лейтенант Петр Литвин. Есть также представители этого клана и в руководстве СНБО. Источники Неделе в армейских структурах утверждают, что действует некое неформальное объединение житомирских, которые имеют на сегодня высшую власть в ВСУ. А Бутенко якобы был одним из его низовых представителей.
Еще один примечательный факт: в селе Вишпиль Черняховского района Житомирской области есть несколько дворцов, построенных с использованием гранита, который обрабатывали как побочное заказ на ЖБТЗ. Один из них, утверждают местные жители в частных беседах, принадлежит какому-то «важному генералу из Киева, который местный и фамилия у которого на М начинается». Злые языки поговаривают, что глава Генштаба Виктор Муженко имеет шикарное поместье на юге Житомирской области, хотя реестр собственности это и не подтверждает.
11 марта 2015 года в Новогуйвинському состоялся торжественный вечер проводов господина Бутенко на пенсию. Никто и до сих пор не сел за описанное выше, хотя уголовное производство якобы продолжается. Тогда как люди непотопляемого директора, как говорят в частных беседах жители поселка, запугивают местное население, мол, он хоть и ушел в отставку, но все влияние на завод и поселок остался.
Неделю


Loading...
Loading...