Леонид Кантер: «В армии часто лажа, потому что в стране лажа»

0


Есть люди с успешным опытом деятельности в стольких профессиях, трудно сказать, кем конкретно они являются. Больше всего, пожалуй, подходит слово «активист». художественного екохутора Обирок и многочисленных музыкальных и арт-фестивалей, писатель.
А вот теперь еще и активист Майдана, представитель первой волны добровольцев на фронте и режиссер двух прекрасных лент о войне на Востоке: «Война за свой счет», которую он снял, воюя в качестве добровольца в составе 2-го батальона Нацгвардии имени Кульчицкого, и «Добровольцы Божьей чота» о деятельности украинского Добровольческого корпуса. С последним фильмом Кантер ездит по стране и с успехом показывает ее. О кино, войну и людей Неделю и пообщался с Леонидом.
Я не люблю насилие и жестокость, не терплю, когда вопросы решаются силой. Но Майдан быстро показал, что так в этот раз не получится.
Помню, как 20 февраля только с площади зашел в гастроном купить еды и продавщица что-то не то сказала. Я чуть не убил ее, потому что просто «сорвало планку».
Потом два дня сидел на диване у себя на Обирку и успокаивался. И тут начались события в Крыму. Вспомнилось, как радовался на Майдане, когда видел флаги оттуда или из Донбасса. Тогда решил, что надо помочь ребятам. 7 марта мы с 15 друзьями уже приехали на полуостров и пробыли там до 17-го числа. Очень клевый опыт: устраивали вечера поэзии, живой музыки, общались с местными, пытались их убеждать, слушали страшные сплетни о «Правый сектор».
Поехали из Севастополя за день до того, как «казачки» с милицией накрыли местный патриотический штаб сопротивления. Постоянно ездили воинскими частями, завозили вещи и продукты. И военные к нам обращались, когда не имели чего-то, мы помогали, покупали колючая проволока, консервы, ездили на мыс Фиолент, под Феодосию.
Было сразу понятно, что это российское вторжение. Искали людей, готовых восстать в случае чего. Кое-кого нашли, но большинство вынуждено было быстро выехать, а остальные молчала. И все же хорошо, что тогда не начались боевые действия, потому что мы явно не были готовы к ним, да и 20 тыс. военных в Крыму, значительная часть которых изменила, тогда пошли бы на Киев. А у нас не было ни армии, ни оружия, ни людей.
Когда вернулся домой, разочарованный, злой, решили с ребятами, что на московской трассе напротив Обирка валитимемо и запалюватимемо сосны, если российские танки пойдут. К счастью, вскоре в этом месте у моста через Сейм появился нормальный военный блокпост.
Первый фильм – «Война за свой счет». Это был май 2014 года, поехал до своего собрата Мирослава Гая, который тогда уже был добровольцем в 1-м батальоне Национальной гвардии. Я тоже хотел пойти добровольцем, но не знал куда, поэтому решил увидеть все собственными глазами. Тогда еще не было ни ДУКу, ни большинства добровольческих батальонов. И вот приехал, Гай мне показывает: здесь мы стреляем, здесь бросаем гранаты и т.д. Я в восторге. На следующий день он уже уехал на фронт.
А менты тогда как раз тормозили приток добровольцев, потому что в их головах не укладывалось: как это, с Майдана – и с «калашами». То бумаги нет, то печати. В конце концов мы буквально заставили их принять нас, того самого дня прошли медкомиссию, я сказал, что потерял приписное, согласно которому был непригодным для армии. Более того, у меня с собой был только заграничный паспорт. Взял камеру, чтобы пропагандировать добровольцев. Курс обучения был короткий, многие узнали не только от инструктора, но и от товарищей по службе с соответствующим опытом.
Худшей была показуха – она дико раздражала. При всем понимании, что процесс построения нового украинского войска только продолжается. Нас заставляли показательно маршировать, ползать в парадной форме, потому что приехал премьер-министр, и т.д. На пути к столовой специально делали большой крюк в полтора километра, чтобы пройти через плац. Представь себе, какая это была деморализация: ты добровольцем, а тут такое. Надеюсь, наш фильм хоть что-то изменит в этом, ведь его показывали и по телевидению, и в боевых частях НГУ.
Читайте также: Полковник Галушко: «Впопыхах и с улицы не мобілізовуватимуть»
Мы должны были изображать военнослужащих, но «броник» нам выдали только на 12-й день пребывания в зоне боевых действий, когда уже были на блокпосту «3» возле Славянска. К тому же все 56-го размера. Великоваты? Ну не берите. И каски выдали еще советского образца, забавные. Все это есть в фильме. От самого начала бойцы помогали в съемках: «А это ты снял? А то?».
Вообще взвод подобрался просто блестящий: все с семьями, активисты, почти каждый с высшим образованием. Когда уже выехали на войну, вот тогда начались препятствия, ибо в кадр стали попадать не очень приятные вещи. Например, злоупотребление алкоголем, когда один командир спьяну вышел и расстрелял из подствольника отель. За то, что я это снял, меня пытались сделать агентом ФСБ, возили трижды до Изюма на допросы.
Приятно, что ребята не дали поэтому командиру забрать видеоматериалы за моего отсутствия – стали на входе с автоматами и никого не пропустили.
Что касается непосредственно боевых действий, то воевали преимущественно десантники, а мы были на блокпостах, блокировали и перекрывали. Но и по нам стреляли, и перестрелки были – один из парней погиб. Мы находились почти в царских условиях: спали на разбомбленном поста ГАИ, который убрали, помыли. У нас была вода, а вот соседям приходилось туго, поэтому ездили помогать им окопы копать. Не добыл пяти суток до конца ротации, как меня снова вызвали в Изюма. Генерал сказал: «Лучше уезжай заканчивай свой фильм». Так моя служба пока и закончилась.
В поисках материала для второго фильма проехал несколько батальонов и военных частей, например в Дебальцево. Только что завершилась работа над лентой «Война за свой счет», у меня осталась куча вопросов, например: является ли нынешнее войско армией той страны, которую строим сейчас? А потом один мой друг повез до батальона украинского Добровольческого корпуса «Правый сектор» в Пески, где я сразу увидел: это то, что надо. Ведь там не было тех дурацких вещей времен моей службы в НГ – было четко видно, что люди приехали именно воевать. Научились – и вперед в бой. Можешь – давай, не можешь – домой. Все стало понятно буквально с построения, когда вместо «уставщини» в стиле «Желаю здоровья, товарищ кто-то там» ребята здоровались «Слава Украине!» – «Героям слава!». А потом звучала команда: «К молитве» – и все молятся. И на самом деле фильм не о ДУК, хотя ребята оттуда так думают. Все же лента о сущности добровольческого движения, о мотивации всех, кто по собственной воле идет защищать Родину. Просто ДУК – качественный и хороший пример.
ДУК – это четкое отражение «Думы про казака Голоту», козака, «навалял» розфуфиреному татарину. Пацаны приходят в кедах, а уже за месяц это киборги в аэропорту. Именно поэтому наш фильм «Добровольцы Божьей чота» имеет формат думы – художественной ленты о реальных событиях. ДУК ПС, не знаю, к сожалению или к счастью, вне государственных органов. К счастью, – потому что их не касается армейский идиотизм, к сожалению, потому что после войны у бойцов батальона будут немалые проблемы. Да и вообще боевые части вроде ДУКу во все времена на всех войнах обязательно в конечном итоге становились пушечным мясом. А тех, кто выжил, судили.
Собственно, как все может быть, мы уже видели сразу после событий на Майдане, когда развернулась целая кампания по травле «Правого сектора», мол, его представителей вообще там не было, то какая-то шпана с автоматами. А сегодня они снова защитники, герои, патриоты. И поэтому, пока они такие, надо их такими показать, зафиксировать это, чтобы потом, когда флюгер общественного мнения в очередной раз вернется, у них был хоть какой-то информационно-художественный щит. Герой в фильме правильно говорит: «Это наши Пески, а не их ПЄскі, это украинский Славянск, а не их Славянск». Это квинтэссенция отношение ребят к этой войне.
Читайте также: Уроки мобилизации
Обе ленты снимали свой счет. На показах первой ленты собирали деньги на армию. Но признаюсь: после того как один советник министра обороны заявил, что МО имеет намерение заказать американскому режиссеру фильм про нашу армию ее счет, я решил ни копейки больше не давать.
Собственно, это тот самый комплекс неполноценности: не верят, что украинские режиссеры сами могут снять нормальное кино. Собственно, мы так же не слишком верим, что есть хорошие полководцы среди нынешнего военного руководства. После того начали собирать средства именно на кино. Впоследствии уже имели чуть более 10 тыс. грн. И потом нашли добровольца с машиной. Все деньги потратили на бензин, а также салфетки, шоколадки, фрукты и отправились к Пескам, Дебальцево и в аэропорт. Ездили четыре раза, но локаций было значительно больше – бойцы постоянно просили что-то подвезти, подбросить туда. Помню, как привезли в Донецкий аэропорт несколько десятков шоколадок, чаи от простуды и влажные салфетки. Попали туда как раз после того страшного боя, когда ранили комбата 3-го полка спецназа. Все бойцы как в воду опущенные, мол, больше мы такого не выдержим. И каждый, кто получал шоколадку, начинал улыбаться теми черными, окровавленными, сухими губами, в глазах появлялись детская радость, желание жить.
В армии часто лажа, потому что в стране лажа. Если тысячи волонтеров и добровольцев ежедневно работают на победу, то есть куча сволочи, которая и дальше ворует, меняя разве что схемы воровства. Кому нужны изменения, когда мне знакомые менты говорят, что только по линии ГАИ ежемесячно вверх несколько миллионов гривен черным налом передается?
Биографическая нота
Леонид Кантер – украинский продюсер, режиссер, путешественник, писатель. Родился в 1981 году в Киеве. В 1998-м окончил Киевский естественно-научный лицей № 145. На первом курсе вуза (1998) начал работать журналистом и ведущим в Национальной телекомпании Украины. 1999-й – ведущий программы «Грядущие знаменитости». В 2002-м окончил Киевский национальный университет театра, кино и телевидения имени И. К. Карпенко-Карого по специальности «Актер театра и кино, ведущий телепрограмм», а в 2005-м – «Режиссер телевидения». В 2003-м основал киностудию «Лизард філмс», которая сняла около 50 короткометражных, несколько полнометражных и документальных лент. В 2004-2007 годах работал преподавателем Кнуткит имени И. К. Карпенко-Карого. В 2007-м поселился на хуторе Обирок в Черниговской области, создал поселение, где собирает друзей со всего мира, организует фестивали, творческие мероприятия, творческие школы и народные праздники.
Неделю